Последние новости России и мира в режиме онлайн

Ситуация обостровилась до предела

Ситуация обостровилась до предела

5 сентября президент России Владимир Путин вместе с коллегами из Индии, Японии, Малайзии и Монголии принял участие в пленарном заседании Восточного экономического форума. Специальный корреспондент “Ъ” Андрей Колесников, проследив коллизию с драматичной надеждой японского премьера Синздо Абэ на скорейшее подписание мирного договора до полного ее краха еще до конца пленарного заседания, не упускает из вида и другие коллизии, которых в этот раз на форуме было достаточно.


Утро 5 сентября началось для Владимира Путина с двусторонних встреч. С интересом ждали японского премьера Синдзо Абэ. Японские журналисты, которых на форуме как обычно было больше всех остальных (может, даже больше, чем российских… Ну хорошо, не больше), к чему-то явно готовились, бесконечно шепчась между собой. Потом выяснилось, что они и правда ждали какого-то грандиозного заявления, только не знали, когда оно последует.

Оно, надо сказать, и последовало — но не на двусторонней встрече, а на пленарном заседании — и стало, кроме всего прочего, результатом бескомпромиссного тезиса господина Путина, в конце заседания отчего-то нарушившего, казалось, правила их многомесячной и даже многолетней игры в острова.

А начало двусторонней встречи было еще даже более мирным, чем договор, который они когда-нибудь, хотелось думать, все-таки и подпишут. Японский премьер только произнес предельно дипломатично:

— С момента нашей последней встречи прошло только два месяца, тем не менее за это время у нас поступательно, шаг за шагом реализуется наша договоренность, такая как посещение мест захоронений бывшими жителями на четырех островах, проведенная три года подряд, начало крупных проектов совместной хозяйственной деятельности.

При этом он, надо полагать, должен был ведь уже избавиться от иллюзий получить в ближайшее время даже два острова — а эта иллюзия долго преследовала его.

Но он, конечно, не может не говорить об этом и будет говорить, пока силы работать премьером не оставят его.

Главным и, по сути, единственным полноценным событием этого дня было, конечно, пленарное заседание Восточного экономического форума. У этого события есть ритуал. То есть сначала — появление в зале и процесс рассаживания в нем участников форума. Между первым рядом и сценой, на которую поднимутся спикеры, то есть главы России, Индии, Японии, Малайзии и Монголии, есть несколько метров, из которых в эти минуты бьет родник жизни всего этого форума. Сюда рано или поздно приходят все главные ньюсмейкеры: политики, бизнесмены, министры (а тут в эти дни — считай что весь кабинет). И ты сразу видишь, что некоторые неприлично бодры и веселы, а у кого-то до сих пор за поникшими плечами трудный вечер на дне рождения председателя правления компании СИБУР Дмитрия Конова.

Восточный экономический форум-2019. Главное

Читать далее

И тут, на этом пятачке, решается больше вопросов, чем на всех панельных дискуссиях, вместе взятых. Вот к губернатору Ивановской области Станиславу Воскресенскому подходит китаец, закономерно оказывающийся русскоговорящим, и настаивает, что намерен инвестировать в Ивановскую область, и так говорит, с таким убедительным, а скорее, убеждающим акцентом, что ведь даже веришь. А потом подходит председатель совета директоров АФК «Система» Владимир Евтушенков и рубит сплеча:

— В коноплю точно идем!

— Да это не та конопля…— смущен господин Воскресенский, обращаясь к тебе, который прямо сейчас все сразу и вообразил.— Это техническая…

Да я понимаю: это из нее веревки вьют.

Но как теперь докажешь, что не та?

— Ко мне Лужков недавно приходил,— рассказывает Владимир Евтушенков,— говорил, что хочет льном заниматься, я говорю, что я за, но только если будет и коноплей заниматься (видимо, они в каких-то делах, до сих пор партнеры. — А. К.). Конопля — это то, чем стоит заниматься, поверьте мне!

Я верю, конечно, но все же не до конца. Мне все-таки трудно представить себе, что конопля — это то, чем стоит заниматься. Журналистикой — это я понимаю…

Владимир Евтушенков улавливает сомнение в моих глазах и великодушно поясняет:

— Да там маржинальность — четыре конца!..

Он говорит, что хочет выращивать коноплю не только в Ивановской области, но и в Костромской, и я невольно начинаю болеть за господина Воскресенского: успел бы, а?.. АФК «Система», пришедшая в Ивановскую область, поди плохо?..

И всюду тут такие разговоры.

Глава Российского союза промышленников и предпринимателей Александр Шохин и гендиректор Агентства стратегических инициатив (АСИ) Светлана Чупшева обсуждают, не собирается ли помощник президента Андрей Белоусов предложить повысить МРОТ, подозрительно много свидетельств, что собирается… Виктор Медведчук просто молча бросается на шею главе «Газпрома» Алексею Миллеру…

А кто-то обсуждает цены на места в партере… И что пакет «Премиум», который позволяет сидеть тут, стоит 267 тыс. руб. (без НДС), и что на Питерском экономическом форуме такой пакет стоил 500 тыс., но все равно дорого, и может, поэтому четверть партера до сих пор пустует… Но первые шесть рядов, где, похоже, действует какой-нибудь «Премиум плюс», заняты полностью, а в седьмом ряду, обращает внимание господин Шохин, «сидим мы, общественники». Ну да: депутаты Госдумы, лидеры деловых объединений…

И конечно, кто-то сидит в партере за так: просто заслужили это своей работой в правительстве, что ли. И не главное ли это из того, что они заслужили…

Когда все вдруг прекращается и все торопливо рассаживаются по местам, это не означает, что вот сейчас все и начнется. Начнется все равно не раньше чем минут через сорок.

Ситуация обостровилась до предела

В ожидании начала форума участники заседания коротали время с толком

Фото: Дмитрий Азаров, Коммерсантъ

Потом все же начинается. Модератор — Сергей Брилев, который занимался этим и год назад на Восточном форуме. У него трудоемкая работа. Надо же согласовать со всеми хотя бы темы, на которые будет идти разговор. Вот, например, Нарендра Моди хочет рассказать про молодежь, которая в Индии вовлечена в цифровую жизнь, и разве можно ему отказать. Другое дело, трудно представить себе, что это будет интересно еще кому-нибудь, кроме него, но не это же главное… Да, но тогда как лучше?.. А согласно законам гостеприимства…

Владимир Путин рассказывает про то, на что он готов ради Дальнего Востока. Он готов на ипотеку для молодых семей под 2% годовых. На строительство театрально-музейного комплекса с филиалами главных московских театров и музеев. На создание венчурного фонда. На режим максимального благоприятствования для участников экспорта переработанного леса.

Нарендра Моди лиричен, можно сказать, до неприличия:

— До часа ночи мы в среду были вместе… Это действительно любовь!.. Любовь к Индии…

Доходит очередь до Синдзо Абэ.

— Я хочу,— говорит он,— сейчас процитировать одно очень известное вам четверостишие:

Умом Россию не понять,

Аршином (интересно, как перевели.— А. К.) общим не измерить,

У ней особенная стать (интересно, как перевели. — А. К.),

В Россию можно только верить.

Синдзо Абэ добавляет от себя:

— То есть только так с Россией и можно быть.

Таким образом доверять России, но проверять бессмысленно, лучше и не пытаться. Только лишь верить. Ну ладно.

— А давайте попробуем в этом знаменитом стихотворении слово «Россия» заменить на «Япония»,— предлагает Синдзо Абэ.

Предложение выглядит неуклюже, но давайте.

— Можно только верить в Японию… Можно только верить Японии…

Господин Абэ на ходу немного меняет смысл, но и это пусть, мы всему верим. Так чему же именно верить?

Выясняется, тому, что Япония — это авангард, решения и партнер. И все свои решения выполняет из поколения в поколение.

И это он уже про мирный договор, так как ясно, что господина Путина смущает прежде всего то, что США имеют право разместить свои военные базы в Японии в уведомительном порядке и что они таким образом наверняка возникнут на освобожденных (Россией) островах. А господин Абэ в закрытых от прессы беседах убеждает его, что он даст слово или примет закон, что такого не будет, и ничего не изменится в веках, потому что Япония — это партнер и все свои решения выполняет из поколения в поколение.

Премьер рассказывает, что начнется на Дальнем Востоке, если все пойдет хорошо, то есть если Владимир Путин, грубо говоря, все же отдаст острова. Япония поддержит все национальные проекты России, будет поставлять СПГ из России (а не из США, нет.— А. К.), строить за так лесоперерабатывающие производства… Это будет что-то невероятное.

Больше всего в ролике, который подготовлен специально для того, чтобы открыто сформулировать все предложения по покупке четырех или двух островов, самому Синдзо Абэ понравилась пожилая женщина, которая начала ходить без трости.

— Было исследование скорости ходьбы японцев,— рассказывает он,— и выяснилось, что японцы 75-летние ходят сейчас с такой же скоростью, как и десять лет назад ходили люди 65 лет! То есть они за десять лет на десять лет помолодели!

Такую вечную молодость Синдзо Абэ предлагает и россиянам — надо только отдать эти острова.

Он разговаривает с нами, если я ничего не путаю, как с детьми, и кто знает, не имеет ли он на это право. В конце концов помолодели же они там, разве нет? Но нет, не имеет.

Это все какая-то последняя его отчаянная попытка. Большего он уже не сможет предложить. Для этого он приехал на форум. Этого ждали японские журналисты. Этого следовало ожидать.

И в самом деле ведь уже кажется: да может, и черт с ними, с этими островами, если все будет так, как говорит этот человек. И даже уже не одергиваешь себя. Но потом все-таки спохватываешься.

— Владимир! — наконец произносит Синдзо Абэ главное.— В 1956 году наши страны пообещали строить отношения на принципах добрососедства, не воюя друг с другом и не считая друг друга врагами… Следующий шаг — заключение мирного договора, что является нашей исторической миссией. Нельзя заставлять ждать тех людей, которые захотят жить в будущем!

Владимир, давай двигаться к этой цели!.. Давай двигаться только вперед!.. Давай возьмем на себя ответственность перед историей! Давай заключим мирный договор… Такая связь между Японией и Россией очень скоро изменит весь регион… Давайте вместе создадим историю!



Он никогда не говорил и больше никогда не скажет таких слов. Такие слова говорил только Владимир Путин год назад. Он предлагал Синдзо Абэ здесь же, на Восточном форуме, заключить мирный договор.

Только они по-разному понимают этот договор. Владимир Путин предлагает сначала его заключить, а потом обсуждать вопрос об островах. Для Синдзо Абэ подписание договора возможно только с передачей островов (количество все же обсуждается).

Десять крупнейших спорных островов

Читать далее

Да и то — эти базы США все время, без сомнения, маячат перед глазами Владимира Путина.

Зал, кажется, не заметил нюансов. Аплодировали Синдзо Абэ просто отчаянно. Ролик-то, надо же, сделал свое дело.

— На эти острова правительство Японии не хочет оформлять визы своим гражданам,— прокомментировал Владимир Путин.— Мы понимаем всю тонкость этой ситуации и просто идем навстречу.

Он, правда, счел своим долгом удивиться, почему при этом Япония не выдает свои визы крымчанам: «Где Япония и где Крым?»

— Мы с пониманием относимся к словам, что в Японию нужно только верить…— произнес Владимир Путин и без уверенности в голосе продолжил.— И мы действительно верим (в то, что Япония пообещает не допустить США на острова с военными базами.— А. К.)… Но есть масса вопросов, связанных с заключением мирного договора… Это вопросы военного, оборонного характера… Мы должны учитывать позицию третьих стран, в том числе США… А там есть кроме добрых слов и такие слова: «Доброе слово — это хорошо. Доброе слово и Smith & Wesson действует гораздо эффективнее, чем просто доброе слово». Мы это хорошо понимаем… Будем стремиться к заключению мирного договора.

От Путятина до Путина

История российско-японских отношений в цитатах

Читать далее

Речь шла на самом деле не о договоре, а о приговоре. Или Синдзо Абэ придется подписывать мирный договор без передачи островов. Но он же не станет.

Правда, позже было продолжение. А пока, уже после выступления премьер-министра Малайзии Махатхира Мохамада, Сергей Брилев рассказал, что спросил разрешения у премьер-министра рассказать, сколько тому лет. Но это в целом известно: 94 полных года. И он, конечно, старейшина цеха. И уже уходил из большой политики, да и из любой, не в последнюю очередь из-за преклонного возраста. Но вернулся, и снова уже второй год — премьер-министр Малайзии. И ведь прекрасно выглядит. Да ему и восемьдесят не дашь (или не сразу).

— Важно знать,— подчеркнул премьер-министр,— что не всегда то, во что мы верим, является правдой.

Он вообще-то говорил вроде про то, что думал, едет в холодный город, «а тут тепло, как Малайзии!» А может, и скорее всего, поэтические упражнения Синдзо Абэ имел в виду.

Владимир Путин рассказал, что когда 12 лет назад господин Мохамад навсегда уходил из политики, то пригласил Владимира Путина в гости, и тот приехал к нему домой и гостил, хотя, отметил президент России, господин Мохамад уже не был главой правительства-то.

О, что-то начинало проясняться. По крайней мере, зная это, легче понять малайзийского премьера, который отказывается верить в российский след сбитого малайзийского Boeing. Или от этого не легче?

— Супруга меня пригласила,— вспоминал Владимир Путин.— Это была очень теплая встреча… И с уважением к своему тогда коллеге, несмотря на то что его политическая карьера была, как он считал, закончена. Его влияние как лидера исламского мира, безусловно, выходит за рамки его страны…

Сергей Брилев интересовался, до какого возраста можно быть премьер-министром Малайзии.

— На данный момент,— сообщал Махатхир Мохамад,— мы подняли до 95 лет эту возрастную планку!

Бурные аплодисменты зала.

Думалось в данный момент, впрочем, только об одном. В том числе и Сергею Брилеву. Он, слава богу, не удержался:

— Владимир Владимирович!..

Опять аплодисменты и ахи.

— Я пока не дотягиваю! — сказал Владимир Путин.

Но все-таки, если разобраться, это был ответ. Все-таки пока.

Начались вопросы по широкому кругу.

Владимир Путин ответил, поедет ли он, если позовут, на «восьмерку».

— В свое время очередная «восьмерка» должна была состояться в России. Мы открыты! Если наши партнеры захотят к нам приехать, мы будем рады,— грубовато, или ультимативно, несмотря на слово «рады», ответил российский президент.— Не мы же отложили, наши партнеры отложили. Но я думаю, всем сегодня понятно, что лидерство Запада заканчивается. Я не могу себе представить эффективную международную организацию, которая работает без Индии и без Китая.

Про Россию он промолчал, наверное, не из деликатности, а просто потому, что это уж само собой разумеется: без нее вообще все бессмысленно.

И тут вдруг возобновился разговор Владимира Путина и Синдзо Абэ, да и в каком тоне. Началось-то вроде опять мирно, с комментария Сергея Брилева по поводу того, что 27 августа многие «мировые информагентства, в том числе, например, France-Presse, сообщили о поставках американских противоракет в Японию». И каким будет «механизм контроля, ограничения ракетных дел в Азии? И как вам на этом фоне переговоры о мирном договоре с японцами?»

Это был прекрасный пас.

— То, что руководитель Пентагона заявил о том, что США намерены разместить их в Японии и Южной Корее, это нас не радует…— Владимир Путин был, как обычно, в теме.— Это нас огорчает и вызывает определенное беспокойство.

Но ясно, что не такое уж большое, так как нам есть чем ответить. Особенно если иметь в виду, что Синдзо Абэ так хочет заключить мирный договор без аннексий и контрибуций.

А вернее, именно с ними.

— Мы понимаем, что это будет сделано под предлогом купирования угроз со стороны Северной Кореи, но и для нас этот создает определенные и существенные проблемы, потому что, скорее всего, эти ракетные системы будут перекрывать значительную часть российской территории, в том числе на Дальнем Востоке. Мы пока не знаем реакции наших японских и корейских партнеров… Но пусковые установки Мk 41 способны не только на то, чтобы их использовали для противоракет в системах ПРО, но и для пуска ударных ракет. Нам все время американцы говорили, что это не так, но теперь они взяли и испытали эту систему как раз с установки Mk 41! Мы были правы! Исхожу из того, что нас пытались ввести в заблуждение!..

Да, Владимир Путин не знал реакции японских коллег. Но тут он узнал ее. Синдзо Абэ вдруг сорвался. Все пошло прахом, вся его великая презентация, вся его речь, одна такая на все вроде бы времена.

— Эта система ПРО принадлежит США и управляется США,— произнес Синдзо Абэ, и даже голос его, мне показалось, дрожал от обиды.— У нас есть своя система ПРО. Она принадлежит Японии и управляется Японией! Она не управляется США!

Он добавил, что новые системы, если даже и будут размещены, тоже будут управляться Японией.

— Это резко отличается от того, что размещается в Польше! — продолжил Синдзо Абэ.— Северная Корея размещает несколько сотен баллистических ракет, и, чтобы защититься от этого, мы решили внедрить наши собственные системы! Запуск баллистических ракет — это нарушение резолюции ООН!.. Чтобы защитить от такого поведения свою страну, мы размещаем свою систему! Что касается размещения американских ракетных систем в Японии, то такого предложения даже от США не поступало (видимо, от Японии.— А. К.). То, что сейчас размещено в Японии, принадлежит Японии! Это японская собственность!.. Например, из этой системы запускать Tomahawk даже физически невозможно!

Господин Брилев выжидательно посмотрел на Владимира Путина. Может, и зря. Так ведь можно было довести мир и до международного военного скандала (раньше времени).

— Глава Пентагона заявил о том, что США ведут переговоры с Японией и Южной Кореей и намерены это делать дальше в целях размещения там своих ракетных комплексов наземного базирования средней дальности,— пожал плечами Владимир Путин.

И это все, что сейчас нужно знать о судьбе мирного договора.

Между тем президент России, когда модератор обратил его внимание, что в зале находится Виктор Медведчук, с украинской стороны возглавлявший комиссию по обмену пленными, сообщил, не сразу расслышав:

— Господин Медведчук особо переживает за несколько фигурантов, которые находятся в местах лишения свободы РФ (то есть, видимо, прежде всего за Олега Сенцова, про которого Владимир Путин несколько раз говорил, что решать судьбу этого человека будет не он, а суд, и через это надо теперь переступить.— А. К.)… Но исходя из соображений гуманности, мы подходим к финализации переговоров, которые мы ведем в том числе и с официальными властями. Так что, я думаю, в ближайшее время это станет известно.

Возможно, даже в самое ближайшее из ближайших.

Наконец вспомнили про президента Монголии господина Баттулгу. Ему суждено было рассказать, причастен ли он к истории звонка Дональда Трампа Владимиру Путину с сочувствием и предложением помощи в тушении сибирских пожаров. («Он это, он…»,— сразу кивнул господин Путин). Тот в день звонка как раз был на переговорах с президентом США в Вашингтоне. Выглядело вычурно, но оказалось, что и правда причастен: рассказал Дональду Трампу про эти пожары и предложил позвонить. И в самом деле, откуда бы еще президент США смог узнать об этом, да еще проникнуться таким сочувствием. Да, все это было сделано, как выяснилось, под нажимом бывшего чемпиона мира по самбо.

А российский президент напомнил, где он раньше работал и мог ли он не знать о причине звонка. Что ж, это была не лучшая шутка сегодняшнего дня.

— Есть та молодежь, которая в «Сириусе», есть та, которая в АСИ (не такая это, конечно, уж и молодежь.— А. К.), есть та, которая по субботам выходила на улицы в последнее время (эту молодежь другая молодежь тоже, как выяснилось, способна посадить в тюрьму.— А. К.),— рассказал Сергей Брилев.— А вот эта молодежь — она ваша молодежь?

— Послушайте, вот Синдзо рассказал, что в Японии начали быстрее ходить,— напомнил господин Путин.— Хорошо. А у нас Чечне и Дагестане ходят в прежнем темпе, а рождаемость в три раза больше, чем в Японии. Вопрос в том, на что тратить энергию.

Надо ли говорить про бурные и продолжительные.

— Я исхожу из того, что все мы, в том числе и молодые люди, должны тратить энергию на процессы, которые ведут к созиданию,— разъяснил господин Путин.— Когда люди выражают свою точку зрения, в том числе в ходе протестных акций, я считаю, что они имеют на это право.

Но он должен был закончить:

— Иногда это приводит к позитивному результату, потому что встряхивает власть… Но действовать нужно в позитивном ключе, руководствуясь не своими узкокорыстными групповыми интересами — интересами страны и людей. И действовать в рамках установленных правил и законов…

— Молодых людей легко сбить с толку,— прокомментировал не сразу вспомнивший, что ему самому 47 лет, Сергей Брилев (в таком возрасте хорошо еще, что все-таки вспомнил.— А. К.). Может, иной раз помягче к ним относиться?

И можно было не сомневаться, что ответит Владимир Путин. Потому что перед нами был Владимир Путин образца митингов на Болотной и Сахарова. И вообще перед нами был образец Владимира Путина.

— В рамках закона. Ко всем одинаково,— произнес он.

Будут, конечно, и дальше сажать.

Напоследок Владимир Путин высказался о перспективах продления договора СНВ-3 или заключения нового договора, с участием китайских товарищей.

— Китайцы достаточно аргументированно говорят о том, что китайский ядерный потенциал гораздо ниже, чем российский и американский, и непонятно, что они должны сокращать, если у них и так меньше носителей и меньше боеголовок,— пожал плечами Владимир Путин.

Он вспомнил, что США не присоединились даже к договору о запрещении испытаний ядерного оружия…

— Говорят о возможности размещения ядерного оружия в космосе,— прокомментировал президент,— это все очень серьезные вызовы, с которыми может столкнуться человечество. Вот представьте только себе, что над головой каждого из нас… а значит, и каждого из них будет постоянно на геостационарной орбите висеть какой-то вид оружия, а может быть, и ядерного.

Да хватит, хотелось сказать, уже и так очень страшно.

— А подлетное время будет очень маленьким,— неумолимо продолжал Владимир Путин.— А средства защиты очень сложные… Вот это действительно может изменить… Глобально просто может изменить ситуацию в мире в сфере безопасности… Пока наши американские партнеры на все наши предложения по продолжению контактов в сфере безопасности, по разоружению молчат. И ничего тут нет.

И господин Путин рассказал еще одну интересную историю:

— Мы встречались с нашими американскими партнерами в Осаке, да?.. Стоял вопрос, как, каким способом возможно зачесть наше новое современное оружие, в том числе гиперзвуковые ударные ракетные комплексы, в общие договоренности, имея в виду, что пока ни у одной страны мира, в том числе и у Соединенных Штатов, такого оружия нет. Ну, я Дональду сказал: «Хочешь, мы тебе продадим?» — дошел Владимир Путин до того, из-за чего он и начал обо всем этом говорить.— «Вот, и таким образом сразу все уравновесим».

Владимир Путин благоразумно не стал рассказывать, что ему ответил Дональд Трамп.

На этом довольно-таки бурное заседание наконец закончилось.

Мало кто обратил внимание на то, что премьер Малайзии Махатхир Мохамад ушел со сцены еще в середине разговора.

А потому что 94 полных года человеку.

Ему и так все понятно.

А жаль, кстати, что еще о чем-то главном его не расспросили. Ведь, если что, совершенно не с кем будет поговорить.

Не с самим же собой.


Источник: kommersant.ru